Седло и Серый жеребец

Нашла для вас смешное в телеге по поводу Масленицы

Это было давно. Это было месяца четыре назад.

Сидели мы в душистую южную ночь на берегу Арно.

То есть сидели-то мы не на берегу, — где же там сидеть: сыро и грязно, да и неприлично, — а сидели мы на балконе отеля, но уж так принято говорить для поэтичности.

Компания была смешанная — русско-итальянская.

Так как между нами не было ни чересчур близких друзей, ни родственников, то говорили мы друг другу вещи исключительно приятные.

В особенности в смысле международных отношений.

Мы, русские, восторгались Италией. Итальянцы высказывали твердую, ничем несокрушимую уверенность, что Россия также прекрасна. Они кричали, что итальянцы ненавидят солнце и совсем не переносят жары, что они обожают мороз и с детства мечтают о снеге.

В конце концов мы так убедили друг друга в достоинствах наших родин, что уже не в состоянии были вести беседу с прежним пафосом.

— Да, конечно, Италия прекрасна, — задумались итальянцы.
— А ведь мороз, — он… того. Имеет за собой… — сказали и мы друг другу.

И сразу сплотились и почувствовали, что итальянцы немножко со своей Италией зазнались и пора показать им их настоящее место.

Они тоже стали как-то перешептываться.

— У вас очень много шипящих букв, — сказал вдруг один из них. — У нас язык для произношения очень легкий. А у вас все свистят да шипят.
— Да, — холодно отвечали мы. — Это происходит от того, что у нас очень богатый язык. В нашем языке находятся все существующие в мире звуки. Само собой разумеется, что при этом приходится иногда и присвистнуть.
— А разве у вас есть «ти-эч», как у англичан? — усомнился один из итальянцев. — Я не слыхал.
— Конечно, есть. Мало ли что вы не слыхали. Не можем же мы каждую минуту «ти-эч» произносить. У нас и без того столько звуков.
— У нас в азбуке шестьдесят четыре буквы, — ухнула я.

Итальянцы несколько минут молча смотрели на меня, а я встала и, повернувшись к ним спиной, стала разглядывать луну. Так было спокойнее. Да и к тому же каждый имеет право созидать славу своей родины, как умеет.

Помолчали.

— Вот приезжайте к нам ранней весной, — сказали итальянцы, — когда все цветет. У вас еще снег лежит в конце февраля, а у нас какая красота!
— Ну, в феврале у нас тоже хорошо. У нас в феврале масленица.
— Масленица. Блины едим.
— А что же это такое блины?

Мы переглянулись. Ну, как этим шарманщикам объяснить, что такое блин!

— Блин, это очень вкусно, — объяснила я. Но они не поняли.
— С маслом, — сказала я еще точнее.
— Со сметаной, — вставил русский из нашей компании.

Но вышло еще хуже. Они и блина себе не уяснили, да еще вдобавок и сметану не поняли.

— Блины, это — когда масленица! — толково сказала одна из наших дам. — Блины… в них главное икра, — объяснила другая.
— Это рыба! — догадался, наконец, один из итальянцев.
— Какая же рыба, когда их пекут! — рассмеялась дама.
— А разве рыбу не пекут?
— Пекут-то пекут, да у рыбы совсем другое тело. Рыбное тело. А у блина — мучное.
— Со сметаной, — опять вставил русский.
— Блинов очень много едят, — продолжала дама. — Съедят штук двадцать. Потом хворают.
— Ядовитые? — спросили итальянцы и сделали круглые глаза. — Из растительного царства?
— Нет, из муки. Мука ведь не растет? Мука в лавке.

Мы замолчали и чувствовали, как между нами и милыми итальянцами, полчаса назад восторгавшимися нашей родиной, легла глубокая, темная пропасть взаимного недоверия и непонимания.

Они переглянулись, перешепнулись.
Жутко стало.

— Знаете, что, господа, — нехорошо у нас как-то насчет блинов выходит. Они нас за каких-то вралей считают.

Положение было не из приятных.

Но между нами был человек основательный, серьезный — учитель математики. Он посмотрел строго на нас, строго на итальянцев и сказал отчетливо и внятно:
— Сейчас я возьму на себя честь объяснить вам, что такое блин. Для получения этого последнего берется окружность в три вершка в диаметре. Пи-эр квадрат заполняется массой из муки с молоком и дрожжами. Затем все это сооружение подвергается медленному действию огня, отделенного от него железной средой. Чтобы сделать влияние огня на пи-эр квадрат менее интенсивным, железная среда покрывается олеиновыми и стеариновыми кислотами, т. е. так называемым маслом. Полученная путем нагревания компактная тягуче-упругая смесь вводится затем через пищевод в организм человека, что в большом количестве вредно.

Учитель замолчал и окинул всех торжествующим взглядом.

Итальянцы пошептались и спросили робко:
— А с какою целью вы все это делаете?

Учитель вскинул брови, удивляясь вопросу, и ответил строго:
— Чтобы весело было!
 
У Чехова есть забавный рассказ про блины: в России в ресторане француз смотрел, как и сколько ест блинов какой-то русский посетитель, ужаснулся количеству съедаемых блинов и решил, что русский хочет таким способом совершить самоубийство.
 
С МАСЛЕНИЦЕЙ!

«Печенье блинов есть дело исключительно женское... Повара должны давно уже понять, что это есть не простое поливание горячих сковород жидким тестом, a священнодействие, целая сложная система, где существуют свои верования, традиции, язык, предрассудки, радости, страдания... Да, страдания... Если Некрасов говорил, что русская женщина исстрадалась, то тут отчасти виноваты и блины...
Глядя на женщину, пекущую блины, можно подумать, что она вызывает духов или добывает из теста философский камень...
Во-первых, ни одна женщина, как бы она развита ни была, ни за что не начнёт печь блины 13-го числа или под 13-е, в понедельник или под понедельник. В эти дни блины не удаются. Многие догадливые женщины, чтобы обойти это, начинают печь блины задолго до масленицы, таким образом домочадцы получают возможность есть блины и в масленичный понедельник, и 13-го числа.
Во-вторых, накануне блинов всегда хозяйка о чём-то таинственно шепчется с кухаркой. Шепчутся и глядят друг на друга такими глазами, как будто сочиняют любовное письмо... После шептания посылают обыкновенно кухонного мальчишку Егорку в лавочку за дрожжами... Хозяйка долго потом смотрит на принесённые дрожжи, нюхает их и, как бы они идеальны ни были, непременно скажет:
– Эти дрожжи никуда не годятся. Поди, скверный мальчишка, скажи, чтобы тебе получше дали...
Мальчишка бежит и приносит новые дрожжи... За сим берётся большая черепяная банка и наливается водой, в которой распускаются дрожжи и немного муки... Когда дрожжи распустились, барыня и кухарка бледнеют, покрывают банку старой скатертью и ставят её в тёплое место.
– Смотри же, не проспи, Матрёна...– шепчет барыня. – И чтоб у тебя банка всё время в тепле стояла!
За сим следует беспокойная, томительная ночь. Обе, кухарка и барыня, страдают бессонницей, если же спят, то бредят и видят ужасные сны... Как вы, мужчины, счастливы, что не печёте блинов!
Не успеет засереть за окном хмурое утро, как барыня, босая, разлохмаченная и в одной сорочке бежит уже в кухню.
– Ну, что? Ну, как? – забрасывает она вопросами Матрёну. – А? Отвечай!
А Матрёна стоит уже у банки и сыплет в неё гречневую муку...
В-третьих, женщины строго следят за тем, чтобы кто-нибудь из посторонних или из домочадцев-мужчин не вошёл в кухню в то время, когда там пекутся блины... Кухарки не пускают в это время даже пожарных. Нельзя ни входить, ни глядеть, ни спрашивать... Если же кто-нибудь заглянет в черепяную банку и скажет: «Какое хорошее тесто!», то тогда хоть выливай – не удадутся блины! Что говорят во время печения блинов женщины, какие читают они заклинания – неизвестно.
Ровно за полчаса до того момента, когда тесто поливается на сковороды, красная и уже замученная кухарка льёт в банку немного горячей воды или же тёплого молока. Барыня стоит тут же, что-то хочет сказать, но под влиянием священного ужаса не может выговорить. А домочадцы в это время, в ожидании блинов, шагают по комнатам и, глядя на лицо то и дело бегающей в кухню хозяйки, думают, что в кухне родят или же, по меньшей мере, женятся.
Но вот, наконец, шипит первая сковорода, за ней другая, третья... Первые три блина – это макулатура, которую может съесть Егорка... зато четвёртый, пятый, шестой и т.д. кладутся на тарелку, покрываются салфеткой и несутся в столовую к давно уже жаждущим и алчущим. Несёт сама хозяйка, красная, сияющая, гордая... Можно думать, что у неё на руках не блины, а её первенец.
Ну, чем вы объясните этот торжествующий вид? К вечеру барыня и кухарка от утомления не могут ни стоять, ни сидеть. Вид у них страдальческий... Ещё бы, кажется, немного, и они прикажут долго жить...
Такова внешняя сторона священнодействия. Если бы блины предназначались исключительно только для низменного чревоугодия, то, согласитесь, тогда непонятны были бы ни эта таинственность, ни описанная ночь, ни страдания... Очевидно, что-то есть, и это «что-то» тщательно скрыто.
Глядя на дам, следует всё-таки заключить, что в будущем блинам предстоит решение какой-либо великой, мировой задачи».

А.Чехов "Блины" 1886

В нынешнем сезоне мой любимый пересылочный пост.
 
в блины хорошо немного черемуховой муки добавить
очень ароматно и вкусно получается
Даже не знала, что такая существует :oops: Спасибо, Лен :)

В воскресенье съездила на тренировку, что в последнее время бывает крайне редко, потому что езжу тренироваться только в будние дни. Так вот, съездила на тренировку и попала в объектив телефона :) У нас на тренировках народ всегда снимает друг друга, если есть возможность.
Немножко предыстории. Кобыла, на которой дали попрыгать, считается непростой лошадкой. Мне довелось сидеть на ней всего несколько раз, причём в первый раз тренер сказала, что прыгать мне на ней не даст, во избежание, такскаать 😈 Но всё-таки несколько прыжков мы тогда сделали, через очень-очень низенькую крестовину. Мне тогда показались очень неудобными её прыжки, я её боялась, зажималась и сильно коротила, потому что кобыла может прихватить. Но потом выяснилось, что если дать кобыле двигаться более свободно, не держать лишнего рукой, то и прыгать на ней очень даже приятно, что прыжок у неё лёгкий и удобный. Максимальным достижением на ней до вчерашнего дня был длинный проезд из двух очень низеньких препятствий. И вдруг вчера Оля разрешила вполне полноценно на ней попрыгать.
К чему эта предыстория? прошу не судить строго, по сути это была первая полноценная треня на серой кобыле. Да, да, серой)) Галопом на ней я могу ехать только в полуполевой, то есть привстав на стременах, а после некоторых прыжков меня подколбашивает. Всё равно считаю вчерашнюю тренировку достижением.
На кобыле резинка, ибо склонна считать звёзды, а на стартах на ней едут на хакаморе.
Коротенькое видео, проезд из трёх препятствий
 
Это просто Наташа маленькая :)

У нас в спортшколе все барьеры, где были сочетания синего / голубого и жёлтого, кто-то решил перекрасить или куда-то еще девать. Смотрю, у вас с этим спокойней.
 
Это просто Наташа маленькая :)
Да лааан маленькая, 164 сантИметра :cool:
У нас в спортшколе все барьеры, где были сочетания синего / голубого и жёлтого, кто-то решил перекрасить или куда-то еще девать. Смотрю, у вас с этим спокойней.
Обалдеть🫣 у нас на это вообще всем плевать. Пока ты не написала, даже в голову не приходило. Местечковый патриотизЬм ? Бред какой-то
 
Да лааан маленькая, 164 сантИметра :cool:

Обалдеть🫣 у нас на это вообще всем плевать. Пока ты не написала, даже в голову не приходило. Местечковый патриотизЬм ? Бред какой-то
Ну так, одни барьеры перекрашиваю, а другие маскировочными сетями беседки драпируют. Всё гармонично
 
Да лааан маленькая, 164 сантИметра
Ну вот 168-сантиметровую Тырпырку гномом обозвали! 🤣 такшта...
Местечковый патриотизЬм
Зато соревнования по хобби хорсу - проводятся!
маскировочными сетями беседки драпируют.
А почему нельзя беседку накрыть сетью? У нас накрыта, никто не возражает, включая ветеранов и участников По-моему, кто-то из них нам и подкинул.
 
Последнее редактирование:
Юля плетёт сети,

на фронте они нужней.
Я не сомневаюсь. Но я думала какие-то есть суеверия. У нас сосед возит все это добро по назначению, и им приходит дофигища сеток, не подходящих по цвету от слова совсем. (Я уверена Юля, как профессионал, в курсе).
У нас как раз такая, она для другого ландшафта, туда не пойдёт. Зато великолепно котиков защищает от ветра.
IMG_20250304_162843.jpg
 
Сверху